здоровый малышь     Карта сайта    Архивы    Home   
лучевая диагностика    
   Информация для родителей

 

запись на прием

Органы гепатопанкреатобилиарной системы

| печень | желчный пузырь | селезенка | поджелудочная железа | кистозные включения |

См.также: Мезаденит
Портальная гипертензия Кишечная непроходимость
Аппендицит Пилоростеноз
Инвагинация Инородное тело брюшной полости

   Значения комплексного ультразвукового исследования в диагностике травматических повреждений у детей раннего возраста.
(клинические наблюдения)

Авторы: Е. Б. Ольхова, В. А. Быковский, Д. В. Романов
Опубликовано: Эхография. - 2001. - Т.2. - №1. - С.54-66.

Введение
За последние десятилетия ультразвуковые методы исследования у детей получили широкое распространение, и диагностические возможности УЗИ не подвергаются сомнению. Однако тактика проведения УЗИ определена не достаточно четко, в частности, у детей раннего возраста, когда клинические проявления заболеваний неспецифичны, а возможности сбора анамнеза очень ограничены. Объем проведения ультразвукового исследования у детей раннего возраста определяется либо наличием строгих медицинских показаний, либо принятыми в конкретном лечебном учреждении принципами профилактического осмотра. Последнее касается, практически, только новорожденных, которым в развитых странах проводят скриннинговое обследование еще в родильном доме. Объем скриннинга также различен, всегда включает в себя УЗИ тазобедренных суставов, иногда - УЗИ органов живота, редко - нейро-сонографию. Относительно детей раннего возраста, поступивших в стационар с каким-либо клиническим диагнозом, объем УЗИ определяется, обычно, лечащим врачом строго в рамках предполагаемой патологии. Собственный значительный опыт работы в многопрофильном скоропомощном стационаре позволяет не согласиться с общепринятой тактикой, особенно - когда речь идет о детях раннего возраста, учитывая неспецифичность клинических проявлений патологии и невозможность достоверного сбора анамнеза.

Описание наблюдений

Клиническое наблюдение №1.

Ребенок С., 6 месяцев жизни, поступил в стационар с подозрением на сотрясение головного мозга. Со слов бабушки ребенка, мальчик упал с высокого детского стульчика во время кормления, ударился головой об пол (?). Сознания не терял, рвоты не было, сильно плакал.
Объективно: в сознании, на осмотр реагирует негативно, отказывается от еды. В отделение ультразвуковой диагностики (УЗД) доставлен для проведения нейросонографии (НСГ) по экстренным показаниям через 4 часа после травмы. При проведении НСГ патологических изменений со стороны визуализируемых фрагментов головного мозга не выявлено. По настоянию врача УЗД выполнено ультразвуковое исследование (УЗИ) органов брюшной полости, при котором было обнаружено значительное количество жидкостного компонента в брюшной полости. При осмотре печени, в проекции 6-8 сегментов, выявлен значительных размеров нечетко отграниченный участок гетерогенного повышения эхогенности с нарушением структуры паренхимы без достоверной визуализации дефекта паренхимы печени на момент осмотра (рис.1 а.).

В других органов живота патологических изменений найдено не было. Предварительный диагноз: гемоперитонеум, травматическое повреждение правой доли печени (предположительно - чрезкапсульный разрыв). При повторном осмотре через 5 часов (9 часов после травмы) эхографическая картина значительно изменилась: на фоне сохраняющихся эхо-признаков гемоперитонеума (без признаков нарастания количества крови в брюшной полости) в правой доле печени визуализирован больших размеров дефект па-ренхимы (рис.1 б, в). Здесь же отмечалось отсутствие органного сосудистого рисунка при сохранении его в неизмененных участках паренхимы печени.

Рисунок 1. Ребенок С., осмотр в день поступления.
а - сканирование в правом подреберье через 4 часа после травмы. В проекции правой доли печени определяется значительных размеров зона гетерогенного повышения эхогенности. Небольшое количество жидкостного компонента подкапсульно. б - через 9 часов после травмы при сканировании в В-режиме из косо-поперечного доступа в эпигастрии определяется значительных размеров дефект паренхимы правой доли печени (анэхогенный участок неправильно-овальной формы). в - 9 часов после травмы, тот же доступ, сканирование в режиме энергетического допплера. В проекции дефекта паренхимы печени определяется бессосудистая зона. В неповрежденных участках паренхимы сосудистый рисунок сохранен.

При УЗИ на следующий день (26 часов после травмы), эхо-признаки гемоперитонеума сохранялись, признаки дефекта паренхимы печени оставались без выраженной эхографической динамики, одновременно, были выявлены значительные изменения эхографической картина со стороны почек. При исследовании в В-режиме, на границе медуллярного и кортикального слоев паренхимы, у основания пирамид, появился неширокий (2-3мм) гиперэхогенный "ободок", предположительно, соответствующий отложению продуктов тканевого распада на юкста-медуллярном уровне (рис.2). Дуплексное допплеровское сканирование почек и допплерография на уровне магистральных и интраренальных сосудов почек патологических изменений не выявили. Показатели азотемии оставались в пределах нормы.

Рисунок 2. Тот же ребенок, осмотр через 26 часов после травмы.
а - при сканировании в В-режиме сохраняются эхо-признаки дефекта паренхимы правой доли печени значительных размеров. б - сканирование в цветовом и энергетическом допплеровском режимах соответственно. Сохраняется бессосудистая зона в проекции дефекта паренхимы. в - при сканровании в В-режиме в проекции малого таза определяется наличие значительного количества гипо- и анэхогенного компонента в брюшной полости (гемоперитонеум).
г - правая почка, сканирование в В-режиме, латеральный доступ. Топография и размера почки не изменены, контуры ровные, структуры дифференцированы. У основания пирамид, в юкста-медуллярной зоне, определяется гиперэхогенные "ободки" шириной до 2-3 мм. д - правая почка, латеральный доступ, дуплексное допплеровское сканирование в цветовом режиме. Интраренальный сосудистый рисунок сохранен во всех отделах паренхимы. е - допплерография в импульсном режиме на уровне интерлобарной артерии (правая почка). Скоростные и резистивные показатели кровотока - в пределах нормы (Vmax = 0,24 м/сек, RI = 0,78).

Состояние ребенка оставалось стабильным, проводилось консервативное лечение на фоне эхографического контроля. Ультразвуковая картина со сто-роны почек нормализовалась через 5 суток, дефект паренхимы печени эхо-графически выявлялся на протяжении 14 суток. Ребенок выписан домой в удовлетворительном состоянии.

Клиническое наблюдение №2
Девочка Х., 2-х месяцев жизни, поступила в больницу в 2 часа ночи с подозрением на кишечную непроходимость. Со слов родителей, в течение последних 3-х суток у девочки отмечались срыгивания (?). За время динамического наблюдения дежурными врачами, данных за кишечную непроходимость выявлено не было, и с диагнозом "синдром срыгивания" ребенок был направлен в отделение УЗД для проведения УЗИ органов брюшной полости. УЗИ органов живота патологических изменений не выявило. По инициативе врача УЗД проведена НСГ, при которой обнаружено резкое смещение срединных структур головного мозга справа налево, расширение субдурального пространства справа и расширение фрагментов левого бокового желудочка. При проведении дуплексного допплеровского сканирования выявлено резко обеднение церебрального сосудистого рисунка (больше - справа), при допплерографии определялось резкое повышение показателей периферического сопротивления артериального кровотока в бассейнах передних и средних мозговых артерий с обеих сторон (рис. 3).

В связи с выявленной эхографической картиной, врачом УЗД была проведена оценка клинического состояния больного. Выявлена резкая анизокория, признаки гемипареза, коматозное состояние (мать ребенка считала, что девочка спит и не беспокоилась). УЗИ было прервано, допплеровское исследование церебрального кровотока по общепринятой схеме завершено не было, ребенок экстренно транспортирован в отделение реанимации, где немедленно была начата искусственная вентиляция легких и посиндромная интенсивная терапия.

Рисунок 3. Ребенок Х., осмотр в день поступления.
а - нейросонография, В-режим, фронтальная плоскость. Определяется значительное расширение субдурального пространства справа (белая стрелка), выраженное смещение срединных структур мозга справа налево, передний рог бокового желудочка справа компрессирован, слева - дилятирован до 8мм б - то же, фрагмент в - тот же ребенок, сагиттальная плоскость, фрагмент. Определяется значительное расширение субдурального пространства справа (белая стрелка), дифференцируется арахноидальная оболочка (треугольная стрелка) и субарахноидальное пространство (контурная треугольная стрелка)
г - тот же ребенок, сагиттальная плоскость, дуплексное допплеровское сканирование. Зна-чительное обеднение церебрального сосудистого рисунка, Расширение субдурального пространства (белая стрелка)
д - тот же ребенок, допплерография на средней мозговой артерии справа. Резкое повышение показателей периферического сопротивления (RI = 1,0) с исчезновением диастолического артериального компонента

После стабилизации состояние ребенка, он был повторно доставлен в отделение УЗД для уточнения локализации патологического очага. Проведение полипозиционного сканирования подтвердило наличие субдуральной гематомы в проекции теменной области справа. Изменения церебральной гемодинамики сохранялись. На операции (эвакуация гематомы через 1 трепанационное отверстие) диагноз подтвержден.
Факт травмы родители ребенка отрицали.

Послеоперационный период протекал тяжело, динамическое УЗИ выявило нормализацию показателей церебральной гемодинамики через 2 суток после операции, смещение срединных структур мозга сохранялось в течение 3-х суток после операции. В дальнейшем отмечено прогрессивное нарастание гидроцефалических изменений по внутреннему типу, появление в теменных и лобных областях с обеих сторон (больше - справа) участков нарушения структуры вещества головного мозга. Через 1 месяц после операции выявлены гидроцефалические изменения 3 степени (по внутреннему типу). В лобных и теменных долях с обеих сторон выявлены значительных размеров зоны деструкции вещества головного мозга, точное эхографическое определение границ которых было невозможно из-за малых размеров родничка. Церебральный сосудистый рисунок был сохранен, показатели артериального церебрального кровотока были в пределах возрастной нормы (рис. 4). Ребенок переведен в специализированный неврологический стационар. Ретроспективный анализ анамнестических данных ребенка не выявил значительных отклонений от нормы.

Рисунок 4. Тот же ребенок, осмотр через 1 месяц после травмы.
а - нейросонография, В-режим, правая парасагиттальная плоскость. Определяется резкая дилятация визуализируемых фрагментов бокового желудочка, структура мозговой ткани нарушена б - то же, фрагмент. Определяется деструкция мозговой ткани с образованием множественных кистозных полостей мелких размеров (энцефаломаляция) в - тот же ребенок, фронтальная плоскость сканирования. Очаги энцефаломаляции определяются в обоих полушариях
г - допплерография на средней мозговой артерии - показатели периферического сопро-тивления в пределах возрастной нормы.


Обсуждение
Роль и возможности УЗИ у детей раннего возраста изучены на обширном клиническом материале. При этом, основное значение придается обнаружению аномалий развития, в частности, пороков органов мочевыделительной системы. Как уже отмечалось, стандартная схема проведения скриннингового УЗИ у новорожденных зависит от возможностей конкретного лечебного учреждения и обычно включает в себя НСГ, УЗИ тазобедренных суставов, иногда - живота, редко - нейросонографию, в основном - среди недоношенных детей, угрожаемых по развитию лейкомаляции [11, 32, 43, 46, 48 - 49]. Однако, относительно детей других возрастных групп, не попадающих под "скриннинг новорожденных", тактика проведения УЗИ ограничена осмотром "зоны интереса". Нам представляется целесообразным расширение объема УЗИ у детей раннего возраста с обязательным осмотром органов живота и НСГ. Неспецифичность клинических проявлений, нечеткость анамнестических данных создают значительные трудности для клинической диагностики заболевания, и роль УЗИ возрастает.

Роль УЗИ в диагностике повреждений внутренних органов при тупой травме достаточно широко обсуждается в литературе. Так, исследования, выполненные на значительном количестве наблюдений у взрослых пациентов, позволили доказать высокую диагностическую ценность УЗИ в обнаружении жидкостного компонента в брюшной полости, при этом УЗИ рекомендуется в качестве скриннингового метода у больных с тупой травмой. Обнаружение той или иной патологии расценивается как показания к проведению других методов исследования - компьютерной томографии, магнотно-ядерного исследования [2, 4 - 5, 7, 9, 13, 28 - 31]. Исследования, проведенные на пациентах детского возраста, подчеркивают значение УЗИ, как метода, не требующего обездвиживания ребенка и обладающего высокими показателями диагностической эффективности в обнаружении жидкостного компонента в брюшной полости и повреждений паренхиматозных органов [9, 13, 21, 34, 39]. Тем не менее, наиболее информативным, на сегодняшний день, в диагностике повреждений органов живота у детей признается метод компьютерной томографии, а ультразвуковому исследованию отводится роль скриннингового для определения последующей лечебно-диагностической тактики.

В приведенном наблюдении появление дефекта паренхимы печени, видимо, связано с явлениями ретракции кровяного сгустка (?), его фибринолизлм (?), когда на смену гиперэхогенному очагу (зона тромба, имбибиции ткани печени кровью) приходит гипо- и анэхогенный компонент. Отсроченная визуализация дефекта паренхимы поврежденного органа может являться, в ряде случаев, причиной неясного гемоперитонеума у больных с травмой, и требует повторных осмотров пациента. Среди взрослых пациентов с травматическими повреждениями органов брюшной полости известны ситуации, когда гемоперитонеум является единственным эхографическим маркером травмы [47]. Становится ясно, что в ранние сроки после травмы не всегда можно достоверно определить тип повреждения и дифференцировать ушиб или разрыв органа. Собственный опыт работы с такой группой пациентов и знание эхо-графической динамики патологического процесса позволяет в подобных случаях формулировать заключение эхографического исследования следующим образом: "эхо-признаки травматического повреждения (название органа), предположительно - разрыв, без достоверной визуализации дефекта паренхимы органа на момент осмотра". В обязательном порядке рекомендуется ультразвуковое исследование в динамике. Временной промежуток до следующего УЗИ определяется, исходя из обнаруженной эхографической находки, состояния ребенка и лечебно-диагностической тактики. Стабильное клиническое состояние мальчика, отсутствие падения гемоглобина позволили врачам УЗД и клиницистам, не смотря на наличие гемоперитонеума и обширной зоны нарушения структуры печени, отложить повторное УЗИ на 5 часов.

Исследования значительного числа взрослых больных с травмой печени подтверждает наличие на УЗИ характерной нечетко отграниченной гиперэхо-генной зоны, соответствующей дефекту паренхимы печени по результатам компьютерной томографии. То есть, можно заключить, что на определенных сроках после травмы, тромботические массы в дефекте печеночной паренхиме имеют гиперэхогенный вид [36 - 38 ]. Высокие регенераторные возможности паренхиматозных органов, особенно - в детском возрасте, и точная эхо-графическая оценка состояния поврежденного органа позволили, в представленном случае, успешно провести консервативное лечение тяжелой травмы печени. Имеющиеся литературные данные подтверждают возможности консервативного излечения травмы печени, в том числе - у детей и подчеркивают необходимость последующего клинического, лабораторного и эхографического контроля состояния органа. Отсутствие патологических изменений со стороны гепатобилиарной системы в течение 6 месяцев после перенесенной травмы позволяет снять ребенка с диспансерного учета [10].

Изменения структуры почек у мальчика на следующие сутки после травмы, видимо, связано с временным накоплением продуктов тканевого распада в юкста-медуллярной зоне почек. Известно, что у младенцев, юкста-медуллярные нефроны более активны в функциональном отношении, чем у взрослых. Такие гиперэхогенные "ободки" являются очень редким эхографическим наблюдением, хотя описаны при различных патологических состояниях: лейкозе, диабетической нефропатии, артериальной гипертензии, кортикальном некрозе у детей с острой почечной недостаточностью [1, 16-17]. Данное наблюдение демонстрирует кратковременное появление этого редкого эхографического симптома на фоне массивного тканевого распада, при этом изменения структуры почек не сопровождались нарушением ренальной гемодинамики.

Эхографическая диагностика субдуральной гематомы у грудного ребенка является большой редкостью (наблюдение 2). Генез субдуральной гематомы в представленном случае остается неясным, исключить травматическое повреждение не представляется возможным (на операции из субдурального пространства эвакуирована кровь и сгустки). Описанные в литературе, преимущественно хронические субдуральные гематомы у младенцев отличаются значительной полиморфностью клинических проявлений, от манифестантных форм до полного отсутствия клиники [3, 6, 8, 14, 20, 23 - 24, 40, 42]. Имеются сведения даже об антенатальной диагностике субдуральных гематом с успешным хирургическим излечением в раннем неонатальном периоде и даже антенатально методом трансвагинальной пункции [42]. В единичном наблюдении имело место спонтанное исчезновение ранее обнаруженной субдуральной гематомы у плода еще в антенатальном периоде [3]. Катамнестическое наблюдение за успешно излеченными детьми не выявило отклонений в их неврологическом статусе к возрасту 9-12 месяцев.

Особую ценность в приведенном наблюдении представляет выполненное (в экстренном порядке) допплеровское исследование, которое зафиксировало резко выраженные церебральные гемодинамические нарушения. Успешное проведение операции и гладкое течение послеоперационного периода, к сожалению, не обеспечили выздоровления ребенка, и развитие массивных очагов энцефаломаляции, видимо, связано именно с перенесенными ишемическими нарушениями. Эту точку зрения подтверждает, в частности, двустороннее развитие энцефаломаляции, соответственно выявленным при первых осмотрах 2-х сторонним нарушениям церебрального кровотока. Посттравматический спазм церебральных сосудов достаточно известен в практике нейрохирургов, работающих со взрослыми пациентами. Допплеровские исследования церебрального кровотока в раннем периоде после травмы позволяют становить характер сосудистых нарушений (спазм или парез сосудов) и проследить динамику изменений церебрального кровотока на фоне проводимой терапии, при этом длительно сохраняющийся вазоспазм является серьезным прогностическим признаком [12, 18 - 19, 22, 25 - 27, 35, 41, 44 - 45, 50]. Обширный опыт неонатологов в работе с детьми, перенесшими интранатальную асфиксию, подтверждает значение церебральных гемодинамических нарушений в генезе перивентрикулярной лейкомаляции [15, 33]. Отсутствие в представленном наблюдении клинических и анамнестических данных за перенесенный инфекционный (в том числе - вирусный) процесс, а также спокойный акушерский анамнез, также свидетельствуют в пользу ишемического генеза энцефаломаляции.

Таким образом, приведенные клинические наблюдения демонстрируют высокую диагностическую и прогностическую ценность современных ультразвуковых технологий в диагностике травматических повреждений у детей раннего возраста. Следует подчеркнуть необходимость комплексного УЗИ всех доступных областей, поскольку особенности возраста пациентов не всегда позволяют точно оценить клиническое состояние ребенка и анамнестические данные. Проведение УЗИ с использованием высокоразрешающих технологий позволяет дифференцировать тяжесть патологического процесса, определить его динамику и достоверно контролировать эффективность лечения.

Список литературы
1.Клиническое руководство по ультразвуковой диагностике в педиатрии./Под ред. М.И.Пыкова, К.В.Ватолина. - М. - Видар.- 1998.- С.114 - 125.
2.Aragiusto G, Giovine S, Ansalone M, Vicenzo L, De Nicola L, Aloj G. Traumatic liver injuries: advances in diagnostic and therapeutic methods.//G Chir.-1999.-V.20.-N.8-9.-P.367-371.
3.Barozzino T, Sgro M, Toi A, Akouri H, Wilson S, Yeo E, Blaser S, Chitayat D. Fetal bilateral subdural haemorrhages. Prenatal diagnosis and spontaneous resolution by time of delivery. // Prenat Diagn.- 1998.- V.18.- N.5.- P.496-503.
4.Bennett MK, Jehle D. Ultrasonography in blunt abdominal trauma. // Emerg Med Clin North Am. //1997.- V.15.- N.4.- P.763-787.
5.Boulanger BR, McLellan BA, Brenneman FD, Wherrett L, Rizoli SB, Culhane J, Hamilton P. Emergent abdominal sonography as a screening test in a new diagnostic algorithm for blunt trauma.// J Trauma.- 1996.- V.40.- N.6.- P.867-874.
6.Burger R, Hassler W. Transcranial Doppler ultrasound in craniocerebral trauma: valuable method in traumatologic emergency cases? // Aktuelle Traumatol.- 1993.- V.23.- N.1.- P.14-19.
7.Chiquito PE. Blunt abdominal injuries. Diagnostic peritoneal lavage, ultrasonography and computed tomography scanning. // Injury.- 1996.- V.27.- N.2.- P.117-124.
8.Diaz A, Taha S, Vinikoff L, Andriamamonjy C, Leriche B, Bintner M. Chronic subdural hematoma in utero. Case report with literature review. // Neurochirurgie.- 1998.- V.44.- N.2.- P.124-126.
9.Elabbassi-Skalli A, Ouzidane L, Maani K, Benjelloun A, Ksiyer M. Abdominal injuries in children. The value of emergency abdominal ultrasonography. // Arch Pediatr.- 1998.- V.5.- N.3.- P.269-273.
10.Farron F, Gudinchet F, Genton N. Hepatic trauma in children: long-term follow-up. // Eur J Pediatr Surg.- 1996.- V.6.- N.6.- P.347-349.
11.Fasolato V, Poloniato A, Bianchi C, Spagnolo D, Valsecchi L, Ferrari A, Paesano P, Del Maschio A. Feto-neonatal ultrasonography to detect renal abnormalities: evaluation of 1-year screening program. //Am J Perinatol.- 1998.- V.15.- N.3.- P.161-164.
12.Jarus-Dziedzic K, Zub W, Czernicki Z. The application of transcranial doppler sonography in the evaluation of cerebral flow disturbances after head trauma. // Neurol Neurochir Pol.- 1999.- V.33.- N.1.- H.151-167.
13.Hahn H, Farber D, Spitzer I. Blunt abdominal trauma in childhood. Value of conventional radiologic and ultrasound diagnosis. // Radiologe.- 1995.- V.35.- N.6.- P.391-396.
14.Huang CC, Shen EY. Tentorial subdural hemorrhage in term newborns: ultrasonographic diagnosis and clinical correlates. // Pediatr Neurol.- 1991.- V.7.- N.3.- P.171-177.
15.Ilves P, Talvik R, Talvik T. Changes in Doppler ultrasonography in asphyxiated term infants with hypoxic-ischaemic encephalopathy. // Acta Paediatr.- 1998.- V.87.- N.6.- P.680-684.
16.Garel L., Habib R., Babin C., et al. Hemolytic-uremic syndrome: diagnostic, prognostic value of ultrasound // Ann.Radiol.- 1983.-Vol.26.- P. 169-174.
17.Garel L.A., Pariente D.M., Gubler M.C., Brouer M., Sauvegrain J.H. The dotted corticomedullary junction: a sonographic indicator of small-vessel disease in hipertensive children // Radiology.- 1984.- Vol.152.- P.419-422.
18.Gomez CR, Backer RJ, Bucholz RD. Transcranial Doppler ultrasound following closed head injury: vasospasm or vasoparalysis? // Surg Neurol.- 1991.- V.35.- N.1.- P.30-35.
19.Goraj B, Rifkinson-Mann S, Leslie DR, Lansen TA, Kasoff SS, Tenner MS. Correlation of intracranial pressure and transcranial Doppler resistive index after head trauma.// Am J Neuroradiol.- 1994.- V.15.- N.7.- P.1333-1339.
20.Green PM, Wilson H, Romaniuk C, May P, Welch CR. Idiopathic intracranial haemorrhage in the fetus. // Fetal Diagn Ther.- 1999.- V.14.- N.5.- P.275-278.
21.Katz S, Lazar L, Rathaus V, Erez I. Can ultrasonography replace computed tomography in the initial assessment of children with blunt abdominal trauma? // J Pediatr Surg.- 1996.- V.31.- N.5.- P.649-651.
22.Kordestani RK, Counelis GJ, McBride DQ, Martin NA. Cerebral arterial spasm after penetrating craniocerebral gunshot wounds: transcranial Doppler and cerebral blood flow findings. // Neurosurgery.- 1997.- V.41.- N.2.- P.351-359.
23.Lafont M, Lamarque M, Daussac E. Favorable outcome of a subdural hematoma diagnosed in utero. // Arch Pediatr.- 1999.- V.6.- N.9.- P.962-965.
24.Lam AH, Cruz GB. Ultrasound evaluation of subdural haematoma. // Australas Radiol.- 1991.- V.35.- N.4.- P.330-332.
25.Martin NA, Doberstein C, Alexander M, Khanna R, Benalcazar H, Alsina G, Zane C, McBride D, Kelly D, Hovda D. Posttraumatic cerebral arterial spasm. // J Neurotrauma.- 1995.- V.12.- N.5.- P.897-901.
26.Martin NA, Doberstein C, Zane C, Caron MJ, Thomas K, Becker DP. Posttraumatic cerebral arterial spasm: transcranial Doppler ultrasound, cerebral blood flow, and angiographic findings. // J Neurosurg.- 1992.- V.77.- N.4.- P.575-583.
27.Martin NA, Patwardhan RV, Alexander MJ, Africk CZ, Lee JH, Shalmon E, Hovda DA, Becker DP. Characterization of cerebral hemodynamic phases following severe head trauma: hypoperfusion, hyperemia, and vasospasm. // J Neurosurg.- 1997.- V.87.- N.1.- P.9-19.
28.McGahan JP, Rose J, Coates TL, Wisner DH, Newberry P. Use of ultrasonography in the patient with acute abdominal trauma. // J Ultrasound Med.- 1997.- V.16.- N.10.- P.653-662.
29.McKenney KL. Ultrasound of blunt abdominal trauma. // Radiol Clin North Am.- 1999.- V.37.- N.5.- P.879-893.
30.McKenney KL, Nunez DB Jr, McKenney MG, Asher J, Zelnick K, Shipshak D. Sonography as the primary screening technique for blunt abdominal trauma: experience with 899 patients. // Am J Roentgenol.-. 1998.- V.170.- N.4.- P.979-985.
31.Mendez Gallart R, Gomez Tellado M, Rios Tallon J, Dargallo Carbonell T, Ramil Fraga C, Candal Alonso J. Blunt abdominal trauma. Nonoperative management. // Cir Pediatr.- 1996.- V.9.- N.2.- P.60-63.
32.Mittelmeier H, Deimel D, Beger B. An ultrasound hip screening program--middle term results of flexion-abduction orthosis therapy. // Z Orthop Ihre Grenzgeb.- 1998.- V.136.- N.6.- P.513-518.
33.Murgo S, Avni EF, David P, Muller MF, Golzarian J, Baleriaux D, Struyven J. Periventricular leukomalacia in premature infants: prognostic role of ultrasonography and MRI. // J Radiol.- 1999.- V.80.- N.7.- P.715-720.
34.Mutabagani KH, Coley BD, Zumberge N, McCarthy DW, Besner GE, Caniano DA, Cooney DR. Preliminary experience with focused abdominal sonography for trauma (FAST) in children: is it useful? // J Pediatr Surg.- 1999.- V.34.- N.1.- P.48-52.
35.Newell DW, Aaslid R, Stooss R, Seiler RW, Reulen HJ. Evaluation of hemodynamic responses in head injury patients with transcranial Doppler monitoring. // Acta Neurochir (Wien).- 1997.- V.139.- N.9.- P.804-817.
36.Ohta S, Hagiwara A, Yukioka T, Ohta S, Ikegami K, Matsuda H, Shimazaki S. Hyperechoic appearance of hepatic parenchyma on ultrasound examination of patients with blunt hepatic injury. // J Trauma.- 1998.- V.44.- N.1.- P.135-138.
37.Richards JR, McGahan JP, Pali MJ, Bohnen PA. Sonographic detection of blunt hepatic trauma: hemoperitoneum and parenchymal patterns of injury. // J Trauma.- 1999.- V.47.- N.6.- P.1092-1097.
38.Richards JR, McGahan JP, Pali MJ, Bohnen PA. Sonographic detection of blunt hepatic trauma: hemoperitoneum and parenchymal patterns of injury. // J Trauma.- 1999.- V.47.- N.6.- P.1092-1097.
39.Richardson MC, Hollman AS, Davis CF. Comparison of computed tomography and ultrasonographic imaging in the assessment of blunt abdominal trauma in children. // Br J Surg.- 1997.- V.84.- N.8.- P.1144-1146.
40.Ries M, Klinge J, Rauch R, Chen C, Deeg KH. Spontaneous subdural hematoma in a 18-day-old male newborn infant with severe hemophilia A.// Klin Padiatr.- 1998.- V.210.- N.3.- P.120-124.
41.Romner B, Bellner J, Kongstad P, Sjoholm H. Elevated transcranial Doppler flow velocities after severe head injury: cerebral vasospasm or hyperemia? //J Neurosurg.-1996.-V.85.- N.1.-P.90-97.
42.Rotmensch S, Grannum PA, Nores JA, Hall C, Keller MS, McCarthy S, Hobbins JC. In utero diagnosis and management of fetal subdural hematoma. // Am J Obstet Gynecol.- 1991.- V.164.- N.5.- Pt. 1.- P.1246-1248.
43.Ruhmann O, Lazovic D, Bouklas P, Gosse F, Franke J. Ultrasound hip joint screening in newborn infants. Correlation of anamnestic risk factors and hip dysplasia. // Klin Padiatr.- 1999.- V.211.- N.3.- P.141-148.
44.Sander D, Klingelhofer J. Cerebral vasospasm following post-traumatic subarachnoid hemorrhage evaluated by transcranial Doppler ultrasonography. // J Neurol Sci .- 1993.- V.119.- N.1.- P.1-7.
45.Sanker P, Richard KE, Weigl HC, Klug N, van Leyen K. Transcranial Doppler sonography and intracranial pressure monitoring in children and juveniles with acute brain injuries or hydrocephalus. // Childs Nerv Syst.- 1991.- V.7.- N.7.- P.391-393.
46.Schule B, Wissel H, Neumann W, Merk H. Follow-up control of ultrasonographic neonatal screening of the hip. // Ultraschall Med.- 1999.- V.20.- N.4.- P.161-164.
47.Shanmuganathan K, Mirvis SE, Sherbourne CD, Chiu WC, Rodriguez A. Hemoperitoneum as the sole indicator of abdominal visceral injuries: a potential limitation of screening abdominal US for trauma. // Radiology.- 1999.- V.212.- N.2.- P.423-430.
48.Townsend SF, Rumack CM, Thilo EH, Merenstein GB, Rosenberg AA. Late neurosonographic screening is important to the diagnosis of periventricular leukomalacia and ventricular enlargement in preterm infants. // Pediatr Radiol.- 1999.- V.29.- N.5.- P.347-352.
49.Tsai JD, Huang FY, Tsai TC. Asymptomatic vesicoureteral reflux detected by neonatal ultrasonographic screening. // Pediatr Nephrol.- 1998.- V.12.- N.3.- P.206-209.
50.Vajramani GV, Chandramouli BA, Jayakumar PN, Kolluri S. Evaluation of posttraumatic vasospasm, hyperaemia, and autoregulation by transcranial colour-coded duplex sonography. // Br J Neurosurg.- 1999.- V.13.- N.5.- P.468-473.
| вверх | на главную | карта сайта | архивы | консультации | информация для врачей |
 © Ольхова Е.Б. 2002.   webmaster: evgeniya@rusmedserv.com